Нартские сказания

М О Я О С Е Т И Я

КАК СЫРДОН УСТРОИЛ ПОМИНАНИЕ ПО СВОИМ ПОКОЙНИКАМ

Стали попрекать нарты Сырдона:
— Не устраиваешь ты поминок по своим покойникам — вот и станут они надеяться не на тебя, а на других покойников, — говорили они ему. — Зачем берешь ты на себя такой грех и не выполняешь обычая?
А некоторые даже хулили Сырдона: — Никто в нашем селении не оставляет покойников в таком пренебрежении, как ты.
Слушал Сырдон эти попреки и знал — не о покойниках его заботятся нарты, а просто хотелось им съесть единственную его корову.
Долго крепился Сырдон и ничего не отвечал. Наконец сказал он нартам:
—      Ведь вы хорошо знаете, что я бедный человек и нет у меня ничего. Как могу я устроить большое поминание?
—      У тебя есть родственники и друзья, — ответили нарты. — Они должны помочь тебе в этом деле. Как бы там ни было, а ты должен почтить своих покойников.
Что же делать! Стал Сырдон собирать все, что нужно для поминок. Привез он дров из леса, развел костер, поставил на него большой двуухий котел и стал варить пиво. Но всякому известно, что в двуухий котел нужно положить двадцать мер солоду, а Сырдон насыпал туда всего одну меру и поставил пивоваром к своему котлу самого глупого человека. День проходит за днем, варится у Сырдона пиво и все никак не может свариться. Чтобы напечь хлеба для поминального обеда, пригласил Сырдон в хлебопеки самых глупых людей.
Вот настал день поминания, собрал Сырдон всех своих помощников — пивоваров, хлебопеков, да еще двух юродивых, которым он поручил ухаживать за гостями во время пира, и сказал им всем:
—      Вам сегодня предстоит потрудиться. Потому закусите сейчас, а иначе вы останетесь без еды.
И велел им Сырдон зарезать несколько кур. Приготовили себе еду его помощники. Угостил их ронгом Сырдон и ко времени прихода гостей поручил им расставить кадушки, полные пива, и двуухие котлы. Вот послал Сырдон глашатая скликать людей, а сам завел разговор среди помощников о том, кто раньше на свет появился — курица или яйцо?
Опьянели к тому времени его помощники и схватились спорить. Одни кричат, что курица, другие, что яйцо. От слов перешли к толчкам. А Сырдон, делая вид, что их разнимает, будто бы нечаянно опрокинул кадушки с пивом.
Сырдон сокрушается и бранит прислужников:
—      Погубили вы меня! Сейчас ведь придут ко мне почетные гости, а вы разлили мои напитки. С каким лицом выйду я к нартам?
И как раз в то время, когда он бранил своих прислужников, нарты пришли на поминки. И сказал Сырдон нартам:
—      Поспорили мои прислужники. Одни говорят, что яйцо раньше на свет появилось, а другие, что курица.
Поспорили они, подрались и опрокинули мое пиво.
Переглянулись почтенные нарты и разошлись по домам. Узнали о том, что произошло у Сырдона, те нарты, которые еще только собирались идти к нему, и совсем не пришли.
И все, что приготовил Сырдон для поминок, осталось ему самому.

КАК СЫРДОН ДОЛГ ОТДАВАЛ

ЕДЕН был нарт Сырдон. Взял он у одного человека в долг кусок шерстяной ткани и никак не мог отдать долг. А тот все ходил к Сырдону и просил вернуть ему сукно. Но каждый раз уходил он с пустыми руками. И чего только не выдумывал Сырдон, чтобы отсрочить уплату долга!
Однажды в назначенный срок заимодавец опять пришел к Сырдону, чтобы получить с него долг. Подошел он к дому Сырдона и окликнул его:
—      Эй, дома ли ты, Сырдон?
—      Нет его дома, — ответили ему.
—      А где он?
—      Вон там, за околицей — канаву для воды роет.
Пошел заимодавец туда, куда ему указали.
—      Радости желаю тебе, Сырдон.
—      Да будет благополучен твой приход.
—      Сырдон, пора тебе вернуть мое сукно. Много чего выдумывал ты, чтобы не уплатить мне долга. Постыдился бы. Надо совесть иметь.
—      Да разве я отказываюсь? Будь милостив ко мне, не говори больше со мной об этом. Ты думаешь, чем я здесь занят? Забота о твоем сукне привела меня сюда.
—      Что это ты говоришь, Сырдон? Где здесь забота о моем сукне? Глаза мои меня не обманывают — ты здесь роешь канаву для воды.
—      Э, непонятлив ты, братец. Вот вырою я эту канаву, пущу по ней воду, а по краям канавы насажу колючек. И вот каждый раз, когда овцы и козы будут идти на пастбища и возвращаться оттуда, они обязательно подойдут к этой канаве, чтобы напиться. И, пробираясь через колючки, будут оставлять на них отличную шерсть. Всю эту шерсть я соберу, натку сукна и сполна расплачусь с тобой.
На что был зол этот человек на Сырдона, не выдержал он и расхохотался.
—      Зря ты смеешься, — обиделся Сырдон. – Можешь считать, что твое сукно в твоих руках.
Махнул тут сосед рукой и вернулся домой, что еще он мог сделать?
А Сырдон, верно, еще и сейчас сажает колючки.