Нартские сказания

М О Я О С Е Т И Я

КАК БАТРАДЗ СПАС СОСЛАНА

Справляла кадзиевская хозяйка годовщину рождения сына своего. Призвала она самых красивых кадзиевских девиц и сказала им:
— Идите к нартской хозяйке Шатане просить даров для нашей годовщины. Только смотрите, вовремя возвращайтесь обратно.
Пошли девушки, но на беду попался им навстречу неистовый Сослан искроглазый, и потешился он над ними. Вернулись они обратно к кадзиевской хозяйке.
—      Что случилось с вами? — спросила она их.
И они ответили ей:
—      Пусть постигнет несчастье сына твоего, детей и внуков его и пусть не будет счастья той, к которой ты послала нас. Встретился нам Сослан и потешился над нами.
Тогда позвала кадзиевская хозяйка самых страшных кадзиев, которые ходят пятками вперед, и сказала им:
—      Найдите Сослана и, где бы он ни был, приведите его сюда.
Сослан, конечно, в это время охотился, и вместе с ним был сын одного бедняка. И кадзии погнались за ними и притащили их обоих к своей хозяйке. Прибила их кадзиевская хозяйка за рукава и за шаровары к стене. Висят они распятые на стене комнаты.
Ждут нарты Сослана, но не возвращается он обратно, да и как он мог бы возвратиться!
И вот три нартских рода поднялись по тревоге и целую неделю искали его по всем тем местам, где всегда охотился он и где бывал в походах. Но ни следа его, ни праха, ни скелета не нашли они.
Батрадз же был в это время в походе в далекой стране и ничего не знал о том, что случилось с Сосланом.
Печально сидят все три нартских рода на своих родовых нихасах, горюют они по Сослану:
-        Опора ты наша и надежда, Сослан! На кого ты нас покинул? Хоть бы кости твои похоронить на кладбище нартов.
Прибыл из похода Батрадз, едет он по Верхнему Нарту и здоровается с людьми:
-        Добрый вечер, Верхние Нарты!
Опустили люди глаза в землю, и никто не отвечает ему ни слова.
Приехал он к Средним Нартам, и там тоже никто не ответил ему на его приветствие.
Приехал Батрадз к Нижним Нартам, и там тоже ходят люди с опущенными головами.
—      Добрый вечер, — сказал им Батрадз, но и тут тоже никто ему ничего не ответил.
Встревоженный, поехал Батрадз к Шатане и спросил ее:
—     Ради бога, Шатана, скажи, какая беда постигла нартов? Все три рода я посетил, каждому пожелал я доброго вечера и ни от кого слова ответного не услышал.
И говорит ему Шатана:
—      Что же нам делать, Батрадз? Пропал наш Сослан. Все три нартских рода поднялись - никто не остался дома из тех, кто может стоять на ногах. Целую неделю искали они его, но нет нигде ни следа его, ни скелета, ни праха.
Еда не пошла в горло Батрадзу. Не прикоснулся он к хлебу и в горе лег спать. Встал рано утром и подумал: «Пойду-ка расспрошу свою названую сестру — дочь Солнца. Может, знает она что-нибудь про нашего Сослана».
Вот поднялся он на небо, и дочь Солнца вышла к нему, улыбаясь. Грустно взглянул на нее Батрадз, и спросила его дочь Солнца:
—      Названый брат мой, Батрадз, в младенчестве играли мы вместе и всю жизнь часто видим друг друга. Но никогда не видела я, чтобы был ты так печален.
И ответил ей Батрадз:
—      Как же мне не печалиться! Пропал наш Сослан. Целую неделю искали его все три нартских рода, но нигде не нашли ни тела его, ни праха и ни костей его.
Засмеялась дочь Солнца и сказала Батрадзу:
—      Кто не знает проделок Сослана! За одну такую проделку поймали его кадзии, когда охотился он с сыном бедняка, и сейчас распят он в комнате у кадзиевской хозяйки.
Ничего не сказал Батрадз, закусил он губу, спустился на землю и направился прямо в селение кадзиев. На дороге встретился ему один бедный старик.
—      Добрый день, и да будет пряма твоя дорога, - сказал ему Батрадз.
—      Пусть добро всегда будет долей твоей, — ответил ему старик.
—     Чего ты ищешь, бедняк? - спрашивает его Батрадз.
—      Единственный сын был у меня. И вот пропал он, и я ищу его.
—      А я, - сказал ему Батрадз, — ищу Сослана. Не надо тебе больше мучить себя. Сын твой находится вместе с Сосланом. Завтра твой мальчик будет с тобой.
И, обрадовав бедняка, продолжал Батрадз свой путь к кадзиям.
Вот вступил он в селение кадзиев. Поймал кадзиевскую хозяйку и пригрозил ей:
—      Скорей говори, где брат мой Сослан. Не то — горе очагу твоему!
Напугалась кадзиевская хозяйка, и ответила она Батрадзу:
—      Брат твой в комнате моей перламутровой распят на стене.
Вбежал Батрадз в перламутровую комнату и видит: опозорен Сослан. Висит он вместе с сыном бедняка на стене, за рукава и шаровары прибитый. И слезами налились большие глаза Сослана.
—      То бесчестье, которое привело тебя сюда, да будет тебе прощено ради этого безвинного, — сказал Батрадз, указывая на сына бедняка. — Если бы не он, я оставил бы тебя здесь на стене.
Помог Батрадз освободиться им обоим, а после того пошел по селению кадзиев и начал их избивать. И со времен побоища Суха не было подобного избиения. Освободил он юношей и девиц, которые были в плену у кадзиев, и забрал он с собой все добро кадзиев и вернулся в Нартскую Страну.
Привел он бедному старику его сына, наделил его добром, а все остальное добро, которое взял он у кадзи-ев, разделил между нартскими бедняками.

БАТРАДЗ И АЛДАР
ПЯТЬ тяжелый год настал для нартов. Голод угрожал жизни людей. И Батрадз сказал тогда своим старикам:
- Поедем куда-нибудь подальше, и там продайте меня. Может, это спасет вашу жизнь.
Так и сделали. Поехали они в далекую страну, и там купил Батрадза один богатый алдар. И стал Батрадз работать на алдара. Да и как ему было не работать! С утра, бывало, гнал он в лес сто пар быков, с корнями вырывал деревья, обрубал их ветви, и не успевали другие лесорубы еще доехать до леса, как сто пар быков Батрадза уже тащили очищенные стволы на двор к алдару. Как же было не радоваться алдару? «Хорошего работника купил я», — так думал он.
Так шли дни за днями. Но вот боги послали страшного уаига на селение алдара. Идет этот уаиг по улице, и все в страхе разбегаются от него.
—      Кто еще это такой? - спросил Батрадз своего хозяина.
И ответил ему алдар:
—      Это насильник-уаиг. Придется откупиться от него, а то будет он причинять нам всякое зло.
Выскочил тут Батрадз на улицу и погнался за уаигом. Кричит ему вслед алдар, предостерегает его. Но нет охоты Батрадзу прислушиваться к его словам. «По-напрасну убьет его уаиг. Жалко лишиться такого сильного и верного работника», - подумал алдар.
А Батрадз догнал уаига, схватил его за руку, высоко поднял над землей и со всего размаха ударил его об землю. Даже вскрикнуть не успел уаиг — мертвым лежит он у ног Батрадза. Обрадовался тут народ, окружил Батрадза, дивится ему. И алдар тоже выбежал к нему. Теперь он больше не опасался выйти из своего дома. Потрепал он по плечу Батрадза и сказал ему:
—      Ну и молодец ты, покупка моя. Молодчина, работник!
—      Неужели не мог ты назвать меня просто по имени? Зачем напомнил ты мне, что я — покупка твоя? Разве, если бы ты назвал меня по имени, умер бы кто-нибудь из семьи твоей! — угрюмо сказал Батрадз и ушел на свое место.
Утром Батрадз запряг сто пар волов в повозки и сказал алдару:
—      Покупка твоя от тебя уходит. Не напомнил бы ты мне, что я куплен тобой, я бы продолжал работать на тебя. Но своими словами ты освободил меня, и теперь я возвращаюсь домой.
И булатный сын Хамыца сложил на сто повозок все то из алдарского добра, что понравилось ему, крикнул на быков и уехал обратно к нартам. Алдар же остался стоять с разинутым ртом.